* Не знаю, насколько программа изменилась с тех пор, как в далеком 2002 я закончил 11й класс, но подозреваю, что стало только хуже. *
У старшеклассников и многих, кто немного старше, часто возникает вопрос, который формулируются практически неизменно и почти всегда в отношении одного конкретного предмета: зачем в школе учат химию?
Ответа два.
Первый — практический. Химию в школе учат из-за наследства советского прошлого, в котором стране в большом количестве нужны были инженерные кадры и в частности с физико-химическим и математическим образованием. Поэтому, что физике, что химии учили всех подряд, да и математике тоже уделяли большое внимание. Реально мы все знаем, что в быту практически ничего из химии не нужно, знание химических реакций — забавно, понимание, что есть органика и неорганика и измерение вещества в молях — разминка для ума.
На практике все выносят C2H5OH, H2O и несколько реакций с содой, запоминают немного про щелочь и жиры — да в общем-то и все. Тысячи из миллионов идут в химические вузы или на около химические специальности, сотни идут в отрасль, десятки и единицы становятся реально экспертами.
Но спешите клацать и поддакивать, что из-за этих единиц страдают миллионы. И я даже не буду оправдывать химию (или любую другую как бы сложную науку) словами про разминку для ума и полезность общего развития.
Поэтому второй ответ — он системный и философский, в котором мы все немного жертвы, но исключительно в силу несовершенства нас самих, нашего понимания друг друга и всей системы.
Попробуйте посмотреть на задачу в обратном направлении. Для развития общества нужны технологии, нужна индустрия и жизненно необходимы специалисты. Если у нас не будет той самой пресловутой химии, не будет почти ничего, включая денег, т.к. почти вся нефтянка и газовая промышленность завязаны на химию, вся металлургия завязана на химию, не говоря уже про пищевую промышленность, сельское хозяйство, да и много чего еще. Эксперты нужны, но не миллионами, а, скажем, тысячами.
Справедливо можно предположить, что и страдать должны эти тысячи, а не миллионы. Так? Проблема в том, где взять эти тысячи — мы не умеем работать с филигранной точностью над человеческим существом, чтобы априорно понять, кто будущий химик, а кто нет. Любого нельзя сделать химиком.
Фактически, если бы у нас была такая технология, то мы бы давно были в космосе и жили в кибернетическом будущем с молочными реками и кисельными берегами.
Единственный известный работающий инструмент — это массовая фильтрация. Учебный процесс — это фильтрация. Каждому человеку дают попробовать все в разных пропорциях, чтобы можно было понять к чему он склонен.
Если фильтрация грубая, то химии с 8 по 11 класс учат всех. Если более умная, то в старших классах учат только тех, кто проявил склонность — появляется специализация. Но везде специальные школы не построишь, классы не откроишь. Образование — процесс большого масштаба.
Фактически, чтобы появились тысячи химиков, физиков, биологов, математиков, программистов, социологов, лингвистов, политологов и т.п., нужно взять миллионы и прогнать их через химию, физику, биологию, математику, информатику, социологию, литературу и русский язык, политологию и кучу других предметов (не забывая про общую грамотность и готовность к интеграции в социум).
Да, мы все жертвы образовательной фильтрации, но благодаря этому появляются эксперты в различных отраслях.
